Е. Е. Стефанский (Самара) ... Анализ психологизма художественного произведения, "диалектики
души" его героев давно прочно вошел в практику школьного
преподавания литературы. Вместе с тем, свободно оперируя названиями
эмоций (грусть - печаль - тоска; страх - боязнь -
тревога; обида - досада - зависть), ученик, а
порой и учитель не всегда точно представляют себе смысловые (и, что
важнее, культурные) различия между ними. Серьезным подспорьем для
учителя в этом плане может послужить вышедший недавно
психолого-филологический словарь "Тысяча состояний души", где
наряду с толкованием тех или иных эмоций приводятся примеры их
проявления из произведений русской и мировой
литературы1. ... Работа над языком литературного произведения в процессе анализа
его психологизма может быть плодотворна в следующих направлениях.
Во-первых, та или иная эмоция нередко может стать стержнем анализа
всего произведения: его композиции, системы образов, проблематики
(см. ниже анализ эмоций страх и тоска в романе М. А.
Булгакова "Мастер и Маргарита"); во-вторых, рассмотрение словарного
определения эмоции наряду с ее динамикой в рамках художественного
произведения позволяет увидеть типичный культурный сценарий этой
эмоции (см. ниже анализ эмоции тоска в одноименном рассказе
А. П. Чехова); в-третьих, анализируя внутреннюю форму и этимологию
имен эмоций, а также языковые средства разных уровней, с помощью
которых передается эмоциональное состояние героя, учитель сможет
наполнить конкретным содержанием сухие лингвистические категории,
изучение которых на уроках русского языка нередко превращается в
обыкновенную схоластику. ... I ... Лингвокультурологи, занимавшиеся русским концептом
тоска, не раз обращались к анализу одноименного
чеховского рассказа, рассматривая его как один из типичных
культурных сценариев русской тоски. Однако этот рассказ интересен
прежде всего тем, что можно проанализировать, на базе каких эмоций
возникает тоска у русского человека. ... Исследователи обычно оставляют в стороне тот факт, что в
эпиграфе к этому рассказу речь о тоске не идет вообще. Рассказу
предпослан эпиграф Кому повем печаль мою?..,
являющийся началом духовного стиха "Плач Иосифа и быль". Герой
рассказа извозчик Иона Потапов переживает именно чувство печали,
вызванное смертью сына. Нам (совместно с С. З. Агранович) удалось
показать, что печаль изначально может быть понята как иная форма
контакта с теми, кого с нами нет, как разлука и встреча
одновременно. В конечном счете печаль - это чисто человеческое
чувство обретаемой целостности рождающегося
социума2. ... Испытывая чувство печали, Иона чувствует необходимость
поделиться своим горем с кем-то другим. Именно тогда печаль сможет
обернуться своей "светлой стороной", когда, говоря словами Пушкина,
"унынья... ничто не мучит, не тревожит". Попытки Ионы рассказать
своим седокам о смерти сына ни к чему не приводят: его не хотят
слушать. Это рождает в нем чувство одиночества, оторванности от
социума, которое "начинает мало-помалу отлегать от груди", когда
его сани оказываются на многолюдной улице. Парадоксально, но даже
"обращенную к нему ругань" Иона воспринимает как обретение
целостности с социумом, он готов поддержать любую беседу, даже
издевательские реплики седоков по поводу его шапки. Тоска
(это слово впервые появляется лишь на четвертой странице
произведения) приходит к Ионе вместе с новым одиночеством: ... Получив двугривенный, Иона долго глядит вслед гулякам,
исчезающим в темном подъезде. Опять он одинок, и
опять наступает для него тишина... Утихшая ненадолго тоска
появляется вновь и распирает грудь с еще большей силой. Глаза Ионы
тревожно и мученически бегают по толпам, снующим по
обе стороны: не найдется ли среди этих тысяч людей хоть один,
который выслушал бы его? (С. 1983). ... Превращение печали в тоску означает
появление новой краски в палитре эмоций, переживаемых извозчиком, -
это тревога. Таким образом, русская тоска
сочетает в себе две эмоции: печаль и иррациональный страх
(тревогу). Это подтверждается и словарным толкованием анализируемой
русской эмоции. Тоска, по С. И. Ожегову, - это "душевная
тревога, соединенная с грустью"4. По словам В. А.
Масловой, смысловой компонент страха отмечали у концепта тоска и
многие философы5. ... В связи с этим весьма показательна поза, которую принимает
извозчик, тоскуя: "Иона отъезжает на несколько шагов,
изгибается и отдается тоске" (С. 199).
Лишь отчасти эту позу можно объяснить холодом. Это не что иное, как
ступор, оцепенение, вызванные иррациональным страхом, рождающие
"острую боль". Именно поэтому Иона возвращается "ко двору", надеясь
хотя бы там кому-нибудь "поведать свою печаль". ... Причина тоски - отсутствие цели в жизни, душевная пустота.
Достаточно вспомнить пушкинское ... Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучной жизни шум ... или лермонтовское "И жизнь уж нас томит, как ровный
путь без цели". ... Точно так же объясняет причину своей тоски и один из горьковских
босяков - Коновалов: "Не нашел я точки моей!